Грудь чуть приподнялась. Я отстранился, дал воздуху выйти, повторил ещё раз.
Никакого самостоятельного вдоха.
— Ну же… — выдохнул я, чувствуя, как мысли начинают сбиваться. — Давай… Дыши…
В голову полезло лишнее: «А что если не получится? А что если она уже…» Я резко пресёк это. Нет. Не сейчас. Не после всего, что я ей только что наговорил. Если я сейчас облажаюсь — какой из меня, к чёрту, алхимик и лекарь?
Я уже снова хотел перейти к компрессиям, когда дверь, как ни в чём не бывало, открылась, и в комнату вошёл Виталий.
Он остановился у порога, выпрямленный, с тем же спокойным взглядом, будто увидел не почти мёртвую хозяйку, а обычный осмотр. Я только мельком глянул на него — сейчас всё моё внимание должно было быть приковано к одному человеку.
Если я её не вытащу — со мной действительно будут говорить по‑другому.
— Господин хочет знать, может ли он войти, — ровным голосом сообщил Виталий.
У меня дёрнулась бровь. Неподходящий момент — это мягко сказано. На секунду я даже подумал, не сорваться ли, но тут же вернулся к ритму: ладони снова встали на грудь Лены, пошли нажатия.
— Если ты не заметил, ситуация сейчас… не подходящая, — сквозь зубы произнёс я, стараясь не сорваться на крик. — Войдёт он сейчас — и от меня потом мокрого места не останется.
— Я это прекрасно вижу, — так же спокойно ответил Виталий и встал у двери, даже не двинувшись ближе. Судя по виду, он вообще не понял, что я имел в виду.
— Если ты не обратил внимание, — выдохнул я, продолжая надавливать на грудь и считывая глазами её лицо, — я сейчас немного занят!
Голос сорвался резче, чем нужно, но он это заслужил. У него что, с головой всё в порядке?
— Я вижу, — бесстрастно сказал он, перевёл взгляд с меня на Лeну. — Не хочу вас отвлекать.
Кровь стукнула в виски.
— Подай тот инструмент! — бросил я, резко кивнув в сторону стола, где лежал эфирный проводник — два тонких металлических прутка, пропитанных энергией эфира.
Если стандартный путь не помогал, оставались только нестандартные. Её сердце по‑прежнему молчало.
Виталий словно задумался на долю секунды.
— Что вы собираетесь с ним делать? — спросил он с той же спокойной интонацией. — Думаете, сможете помочь ей?
— Смогу, — отрезал я, — если ты перестанешь задавать вопросы и дашь мне этот чёртов проводник.
Он всё‑таки поднялся, подошёл к столу и подал мне инструмент. Я перехватил его, уже не тратя время на благодарности.
Я взял оба прутка, чувствуя, как внутри них едва вибрирует эфир. Быстро приложил концы к её груди — один чуть правее середины, другой левее, выше, как при грубом магическом «разряде» по сердцу. Сжал зубы, сосредоточился и резко направил в них собственную энергию.
Прутки вспыхнули. В следующий миг по ним ударила сжатая до предела волна — аналог молнии.






