Я сидела на заднем сидении и страшно мучалась от своих мыслей, они жрали меня поедом и подкидывали самые страшные сценарии происходящего. Несколько раз мы останавливались, Абдулла провожал меня в туалет, покупал еду навынос, но не сказал мне ни одного слова.
По дорожным указателям я сразу поняла, что мы едем в Ростов-на-Дону. Гадала, почему именно туда? Почему так далеко? Я могла подождать Андрея несколько дней в деревне Отбитого. А потом ка-а-ак поняла. Он поехал за Верой и не захотел брать меня с собой. Расстояние между Дивноморским и Ростовом несущественное — пять-шесть часов езды на машине, а Ростов — один из самых крупных транспортных узлов, и находится на пересечении больших магистралей, а значит можно уехать почти в любую сторону. Страх временно сменился эйфорией, но вернулся назад.
Абдулла привез меня в большой трехэтажный дом: хороший, современный, кирпичный. Нас встретила одна из женщин — тоже покрытая, взрослая, следом за ней вышел пожилой мужчина. Я совершенно не понимала о чём они говорят между собой, чувствовала будто нахожусь в какой-то неизвестной восточной стране, но по жестам догадалась, что меня приглашают в дом, правда всё равно боялась лишний раз поднять голову.
Внутри было людно: много детей и других женщин, ни одного молодого мужчину я не встретила. Меня проводили на третий этаж, показали как пользоваться душем, указали на полотенца и сменную одежду, сложенную на кровати и ненадолго оставили одну. Спустя время одна из девушек, которая говорит по русски принесла еду прямо в комнату, на подносе: плов с бараниной, лепешки и целый кувшин напитка, похожего на компот. Никакого аппетита не было, но я не могла обидеть хозяев. Я благодарна каждому, кто нам помогает и вообще не могу поверить, что по одному звонку кто-то дёрнулся ехать за мной двенадцать часов из Ростова, а потом ещё двенадцать — в Ростов. Наверное, Андрей — хороший друг. Теперь мне понятны его слова, что в его мире не может случиться так, что кто-то из его сослуживцев тронет его женщину.
— Ну зачем ты так плачешь, Полина? — скорбно спрашивает одна из жительниц дома, успокаивающе поглаживая меня по спине.
Потому что Андрей сказал, что заберет меня через пару дней, а прошло четыре! Что-то явно пошло не так! Я в социальном вакууме! Он знает, где меня найти, но не связывается со мной! Я понятия не имею, что произошло и что мне делать дальше! Искать ли Веру самостоятельно или продолжать ждать? Я не могу знать наверняка, что он за ней поехал. Но где он? Почему его так долго нет?
— Мужчина сам разберётся, — продолжает Сабина, — На всё воля Аллаха.
Мой всхлип звучит вдвое громче и втрое горьче, и за спиной слышатся новые вздохи совершенно непонимающей меня Сабины. Так хочется закрыть глаза, зажмуриться, открыть — а всё уже хорошо.






