Он уже занял оборонительную позицию — повернулся задом и ждал.
«Ну погоди же, взнуздаю я тебя», — рассердился я, решив во что бы то ни стало ехать на джайляу именно на рыжем. Мне бы только за гриву уцепиться, а там я уже с ним разговаривать не буду.
И я начал осторожно обходить рыжего и вдруг сделал резкий прыжок, ухватился ему за гриву.
Конь испугался и, фыркнув, понес меня во весь опор. Он волочил меня, как щепку, зацепившуюся за его гриву. Мои ноги еле доставали до земли, но я все же не выпускал его.
Я ругал этого иноходца почем зря. Бывают же такие противные животные! Нет того, чтобы остановиться и дать мне отдохнуть. Он таскал меня долго. Пальцы мои уже окостенели. Наконец, проехав этак еще круг, я бессильно выпустил из рук гриву и отлетел в сторону. По всем признакам, председательский иноходец — коварный конь. Когда я упал на землю, он повернулся задом и ударил меня копытами. Я скорчился от страшной боли и завизжал, как щенок, наступивший на тлеющий огонь. Мое счастье, что лошадиные копыта пришлись мне по бедру, а не по голове.
— Эй, кто тут? Кто это? — вдруг раздался голос возле меня.
По голосу я узнал Султана, сына коневода. Он давно уже бросил школу и целыми днями занимался, чем хотел. Султан был старше меня на три года. Он наклонился надо мной и чиркнул спичку.
— Это ты, Черный Кожа? Что случилось?
— Лошадь ударила.
— Какая?
— Вон та...
— По какому месту ударила? Перелома кости нет?
— Да вроде нет, — ответил я, пробуя вытянуть ногу, но тут же вскрикнул от боли.
— Дай посмотрю, — сказал Султан тоном лекаря и, положив на землю узды, что были у него в руках, ухватился за мою ногу.
— Ой-ой... Тише!.. — простонал я.
— Эх, ты, трусливая душа, — упрекнул меня Султан, дергая ногу еще сильнее. — Не умрешь... Не только перелома, даже царапины нигде нет. Сразу, как придешь домой, приложи влажный зеленый лист — все пройдет. Как же тебя так угораздило? Разве ты не знаешь повадки этого рыжего?
— Я проходил мимо, а он в это время ударил, — соврал я.
— Растяпа, — пренебрежительно бросил Султан.
Я не нашелся, что ответить и, сделав вид, что занят ногой, еще больше начал стонать и охать.
— Встань, — приказал Султан, — не изображай из себя калеку.
Он взял меня за плечи и твердо поставил на ноги.
— А ну попробуй наступить на ногу. Еще раз! Не умрешь! Пошли. Да ты иди как следует! А это что у тебя за узды?
— Узды... — я не знал, что сказать. — Ой-ой, нога! Разреши, я за тебя буду держаться. Теперь как будто лучше... Когда ты приехал с джайляу?
— Три дня назад, — сказал Султан, шагая со мной рядом, — я объездил всю сторону Сарыжаса. Послезавтра снова собираюсь туда.
— Туда? — обрадовался я. — Я как раз тоже собираюсь.
— Едем вместе, — предложил он мне.






