ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

В Перми разбивается новейший пассажирский самолет российского производства. В катастрофе чудом выживает только один пассажир – двенадцатилетняя девочка. Она приходит в себя и рассказывает следовате... Мизантроп Чингиз Акифович Абдуллаев © Абдуллаев Ч.А., 2013 © Оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2013 Он сделал удачную карьеру в девяностые и занялся бизнесом в нулевые. Несколько лет назад Репетилов стал заместителем министра транспорта. Уже через два с лишним года в названии его должности появилось дополнение «первый». В самом министерстве ходили слухи о том, что при очередной реорганизации он вполне может возглавить его. Борис прошел на кухню и приготовил себе кофе. По утрам он предпочитал пить его без молока и сахара, на завтрак позволял себе лишь нежирный творог. Два года назад Репетилов обнаружил, что уровень глюкозы в крови превышает норму. Тогда ему прописали диабетон, который нужно было принимать по утрам, и назначили достаточно строгую диету. Про лекарство он частенько забывал, а вот режим питания старался соблюдать. Борис вообще не удивился, узнав, что уровень глюкозы поднялся. Стрессы, пережитые в последнее время, конечно же, сказались и на его здоровье. Кстати, сладкое он не любил и никогда им не увлекался. Раньше Репетилов много времени проводил на даче. По утрам ему готовила кофе старушка, которую он поселил в небольшом домике на своем участке. Она и сейчас там жила. На даче оставался и один из его бывших телохранителей. Второй, которого звали Кириллом, работал с ним в министерстве в качестве помощника. Репетилов и без ненужных объяснений понимал, что у чиновника его ранга не может быть телохранителей, которые сразу вызвали бы массу вопросов. Поэтому личный водитель Бориса теперь именовался служебным, начальник его охраны стал помощником первого заместителя министра, а один из телохранителей сидел на даче в качестве своеобразного дежурного сторожа. Реп

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

В одиннадцать лет он потерял отца, деда Бориса, пропавшего без вести на той страшной войне. Семен Антонович много писал по инстанциям, обращался в архивы, пытаясь найти могилу своего отца, но все было безрезультатно.

Да, все мечты Бориса вырваться хотя бы на несколько дней в Москву разбились о суровую реальность жизни. Нужно было находиться рядом с отцом и никуда не уезжать.

Отпуск пролетел практически в одно мгновение. Отец был совсем плох. Уезжая обратно, Борис понимал, что больше никогда его не увидит. Ночью, перед отъездом, он вошел в комнату, где лежал отец. Тот не спал. Борис тяжело вздохнул. От прежнего сильного, мощного, широкоплечего, веселого человека не осталось и половины.

Увидев сына, отец попытался улыбнуться, но снова закашлялся. Потом он сделал знак рукой, чтобы сын не подходил ближе.

Борис все-таки шагнул, наклонился и негромко произнес:

– Папа.

– Ты не забывай наших, – прохрипел отец. – Мать, Зою. Теперь ты остаешься за мужчину. Заканчивай все дела в своем Целинограде и возвращайся в Баку. – Он опять зашелся кашлем.

Борис взял стакан воды, чтобы передать отцу, но тот отвел его руку и сказал:

– Понимаю, что хочешь в Москву. Ясно, как тебя туда тянет. Но наших одних не оставляй. Ты меня понимаешь?

– Я все сделаю, папа. Ты не беспокойся.

– И еще!.. – Отец закрыл глаза, словно что-то вспоминая, затем произнес: – Долг у меня остался, который теперь на тебе повиснет.

– Ты кому-то должен? – не понял Борис.

– Нет. – Отец попытался улыбнуться и снова закашлялся. – Нет-нет. Долг у меня остался перед моим отцом. Его могилу так и не нашли. Если сможешь, сделай. Сержант Антон Репетилов. Он добровольцем ушел из Баку в июле сорок первого. Ты меня слышишь?

– Слышу. Я все понимаю, папа. Постараюсь еще раз написать в Подольск. Там центральный архив.

– Я Нонну тоже просил. Она поможет.

– Да, не беспокойся. Я буду искать.

– Спасибо. – Отец на минутку замолчал, а потом неожиданно сказал: – Почему так глупо устроена жизнь?.. Только начинаешь что-то понимать в ней, и уже конец, нужно уходить. Ты запомни: только после сорока, а может, даже к пятидесяти начинаешь соображать, кто ты такой и зачем сюда пришел. А потом снова… тьма. Жизнь – это бесконечная череда новых открытий. Но она всего лишь немного старше смерти.

Он замолчал, закрыл глаза. Борис терпеливо ждал. Прошло минуты две или три.

– Никогда ничего не отвергай, – неожиданно твердым голосом сказал Семен Антонович. – Постарайся все узнать и попробовать. Мне в семидесятом предложили поехать в Норильск заместителем главного инженера. Говорили, что с перспективой роста. Я не поехал, решил не покидать Баку. У меня уже была семья, двое детей. Сейчас думаю, что жизнь могла сложиться интереснее. Старайся не упускать возможностей.