Умно и умело зодчий руководил строительством, вникал во все мелочи, умел вовремя дать совет, подбодрить уставших. На глазах у людей создавалось новое прекрасное медресе, и не удивительно, что каждый трудился с подъемом, а всех словно бы подхватило вдохновение.
Никогда еще зодчий не вкладывал в свою работу столько энтузиазма, чем удивлял даже своих близких. Он заражал всех своей энергией, и люди чувствовали, что участвуют в нужном и благородном деле.
Нередко Бадия, приготовив еду, бежала на стройку, чтобы накормить отца, свекра и мужа. Появление молоденькой красивой и стройной женщины среди такого многолюдного мужского общества кое-кому казалось верхом неприличия — ведь в Бухаре царили иные нравы.
В Герате женщина пользовалась большей свободой, и, когда там Бадия заходила на стройку, никто не обращал на это особого внимания. Зульфикар старался втолковать матери и сестрам, что гератские женщины привыкли не таясь ходить по улицам, что они не прячут лица и что со временем все образуется: Бадия привыкнет к бухарским обычаям. А пока что она ходила к медресе открыто, не прячась, при всех задавала отцу множество вопросов, радовалась, что на главных арках будут сиять звезды из майоликовых плит и что по желанию Улугбека в медресе будут учиться не только юноши, но и девушки.
Слава, вновь окружившая ее отца, возвращала Бадие ее прежние привычки. Она не слишком-то прислушивалась к советам свекрови и сестер Зульфикара, а на их удивленные возгласы отвечала, что во время нападения монголов на Самарканд среди воинов, защищавших город, было много женщин, бившихся с врагом бок о бок с мужчинами, что Сараймулькханым и Гаухаршод-бегим управляли государством — так отчего же она не может отнести еду родному отцу, хоть чем-то ему помочь? Ведь бывала же она и прежде на всех его стройках. Родные Зульфикара молчали, но жили в постоянной тревоге и молили бога, чтобы Бадия поскорее поняла разницу между Бухарой и Гератом и сделалась, как и полагается женщине, настоящей домоседкой.
А тем временем в махалле Деггарон в самом сердце города, неподалеку от Минораи Калан, все выше поднималось здание нового медресе неповторимой красоты. Зодчий словно бы уже видел украшенные порталы, майоликовую облицовку и лазуритовые украшения.
В самый разгар работ состоялась помолвка Заврака с Каракыз — тут уж постарались и зодчий и уста Нусрат, и в самое ближайшее время должны были, не откладывая, сыграть свадьбу. Больше всех радовалась Бадия — наконец-то Заврак, которого она любила, как родного брата, найдет свое счастье,
Глава XLII
Месть змеи
Недаром говорится, что змея мстит человеку за убийство своего сородича.
Как-то в четверг к полдню Бадия напекла тонких лепешек с маслом и заторопилась на стройку.






