ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

С 1452 года, с издания 42-строчной библии Гуттенберга, текст и книга составляли единое целое. Опубликовать текст означало напечатать книгу, чтение текста подразумевало чтение книги, а приобрести те... Читалка Поль Фурнель Этот текст написан по принципу секстины — поэтической формы, придуманной в XII веке трубадуром Арнаутом Даниэлем. В ней соблюдается определенное количество строф и чередование рифмованных слов в конце каждой строфы. В конце каждой главы согласно классическому спиральному принципу секстины повторяются одни и те же слова: в данном случае «читать», «крем», «издатель», «ошибка», «я» и «вечер». Строфы секстины имеют заданный объем. В каждой из них количество знаков постепенно уменьшается (тающий снежный ком): в первой строфе 7500 знаков с пробелами, во второй — 6500; и так далее до шестой, в которой 2500 знаков с пробелами. Общее количество знаков — 180 000, включая пробелы. Здание погружено в бумажный кокон тишины. Подобно снегу, книги поглощают звуки. У моего ремесла — свой собственный удушливый запах. В тишине я чувствую его особенно остро. Возвращение к шуму внешнего мира дается мне с трудом. Стучат в дверь? Кто бы это мог быть? Я не узнаю этот стук — легкий, чуть слышный, робкий. Стук тоненькой руки. — Войдите. Она вошла. Я ее раньше не видел. На мгновение меня охватила тоска по тем временам, когда издательство было таким маленьким, что по стуку каблуков в коридоре я узнавал каждую сотрудницу. У девушки приятное лицо. Судя по ее удивленному взгляду, мое собственное выглядит слегка помятым. Должно быть, на щеке отпечатались полосы от пиджачного рукава. — Я вам не помешала? — Как-нибудь переживу, мадемуазель. Вы кто? — Я? Я тут на практике. — В каком отделе? — Понятия не имею. Знаете, на практикантов чего только не наваливают. Приходится везде поспевать. — И вы хотите прибавки? — Да нет, я вообще работаю без зарплаты. Мне показалось, что она слегка рас

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Я буду читать их поочередно: одно стихотворение, одна глава. Медленно, не торопясь, строчку за строчкой — как топинамбур, что постепенно пропитывается мясным соком.

Я занимаю свою законную половину дивана. Адель делает вид, что читает. Обе раскрытые книги я кладу себе на колени, одну поверх другой. Теперь достаточно легонько сдвинуть Мопассана, и передо мной Кено. Я только что изобрел собственную мышку. Лично я.

{19}

— Бальмер, доложите обстановку!

— Есть, шеф, слушаюсь, шеф!

— Короче, что ты об этом думаешь?

— Я понял не все, но, по-моему, прикольно. Два положительных момента: у ребят есть литературный вкус, они чувствуют текст, но главное — они загорелись, а это самый надежный способ достучаться до читателя.

— Чувствуют текст, говоришь? Вопрос в том, какой именно текст…

— Да уж тебе, старый хрыч, такой точно не понравится! Хотя, если приглядеться, разница не такая уж большая… Кстати, мне приглянулась идея Валентины насчет электронных писателей, опередивших свое время. Сейчас с помощью гаджетов появляется возможность нового прочтения старых текстов, в том числе в игровой форме. У них большой потенциал, надо только оторвать их от бумаги. В общем, мне это интересно, и думаю, не только мне.

— Ладно, займусь этим делом!

— А в чем конкретно состоит твоя роль? Кстати, как это по деньгам? Очень дорого?

— Да нет, не слишком. У меня есть кое-какие сбережения. Так что партнеров я пока привлекать не намерен. Я работаю не столько с этими ребятами — боюсь, на это я не способен, — сколько ради них. Подписываю более или менее виртуальные договоры с какими-то невероятными персонажами. Даю советы, когда у меня их просят. На самом деле, мне просто нравится наблюдать, как людей постепенно заражает вкус к чтению.

— А мне нравится, что вы отталкиваетесь от авторов, а не от каналов продажи. Менье тут излагал мне, как он видит будущее издательского бизнеса. Для него есть текст и есть реклама. Главное, сделать книге рекламу, и дело в шляпе. Но реклама стоит бешеных денег.

— А договор-то ты подписал?

— Подписал.

— Ты в курсе, что из-за твоего текста на редсовете была драчка?

— Мог бы догадаться. Он довольно-таки спорный. Я сам не убежден в том, что все получилось, как я хотел! Честно говоря, нервничаю. Меня волнует, как его воспримут читатели — пойдут за мной или отвернутся. В то же время я не представляю, что в нем можно изменить.

— Изменить-то можно, но никто от тебя этого не потребует. Я просто хотел тебя предупредить. Раз уж внутри совета мнения разделились, то за его пределами они разделятся наверняка. Тебе придется говорить об этом с торговыми представителями, не забывай. На сей раз этого не избежать.

— Нет проблем.

— Зато унесешь с собой новую книгу Отмана, с пылу с жару. И ты ее прочтешь!

Менье крайне недоволен.