Ветер, холодный и влажный, проникал далеко вглубь дома через открытое окно, робко постукивая рамой о защитную ножку, еле слышно шурша занавеской в соседней комнате, умирая в ванной у зеркала.
Почему же так больно?
Кайл с улыбкой пробормотал что-то через сон, беззвучно, заглушаемый яростным штормом, и притянул меня к себе покрепче. Я высвободилась, осторожно маневрируя, стараясь не прервать его сладкий отдых. Но это не разбудило его. Он лишь вздохнул и перевернулся на другой бок.
Мне хотелось побыть одной.
Подхватив с пола свитер Кайла, я скользнула в его спасительную теплоту. Доходивший мне до колен, из мягкой бежевой шерсти, он подарил чувство защищенности, бесполезное в эту минуту…
Было больно. И глупо! Желать сохранить обретенное.
Я только прикоснулась к счастью, только ощутила покой — и с удивлением поняла, что еще способна на это. А под утро, будто дразня, мне приснилась наша возможная жизнь — недолгая, но счастливая. Жизнь, в которой самым большим горем будет потеря друг друга… а не молодости, красоты или доверия.
И мне вдруг до боли захотелось ее всю прожить!
Как глупо…
Тяжелое стальное небо управляло штормом. Волны рвались на самую террасу, окатывая край соленой водой, расцвечивая камни темным. Никогда раньше я не видела такого неистовства. Ветер, мой преданный друг прежде, сегодня пытался меня убить. Он рвал одежду и волосы, толкал на землю — прилечь, а затем, непоследовательный в своих желаниях, тащил ближе к краю…
Может, сопротивляться не стоило? И так вот — вот все закончится!
Оглянувшись с тоской на открытое окно дома, которому предстояло вскорости осиротеть, я зацепилась взглядом за нечто ярко — трепещущее. В стороне от брызг, близ камней, на которых я тренировала свое разбитое тело, горело пламя.
Зачарованно глядя на танцующее алое пятно, я подходила все ближе и ближе, всматриваясь, как близорукая, неспособная разобрать, что это было. Что за …?
Это был кусок моего бального платья. Тот самый.
Как же быстро…
Хоть бы на день позже. Хоть бы на час!
Под камнем, прижимавшим шелковый лоскут, лежало что-то белое. Ноги замедлили ход, и я обреченно остановилась над открытым конвертом. Адресата, как и в прошлый раз, не было. Вынув лист дорогой атласной бумаги, я услышала, как замерло сердце.
Знакомый почерк. Всего два слова.
Ты свободна.
Вдруг ветер вырвал алый шелк из-под камня и, вздернув к самым небесам, унес в сторону кипящего океана. Мои глаза сами следили за его неудержимым полетом, пока, спустя мгновение, он не исчез за обрывом.
Взгляд вернулся к бумаге в моих руках.
Ты свободна.
И тут понимание обрушилось на меня!
«Да», — прошептали губы.
Я повернулась лицом к ветру. Он с радостью бросился мне в глаза, помогая слезам перелиться…
— Да!..






