Она оказалась полнее, да и содержимое в ней было другого цвета — бардовокрасного. Подтёки заструились вниз по лбу и капля зависла на кончике носа.
Стрелок достал приготовленную газету. Развернул её, смял, зашуршав бумагой, и вытер нос редактору, стараясь не столько снять жидкость, сколько размазать её по щеками. Взял пресс-папье и помакнул несколько раз волнообразным движением кляксы на плеши.
— Не получается с вами беседы, скучный вы какой-то. Молчишь, сладенький… Может, кофейку попьем?
Взяв кофейник, нацелился его выгнутым носиком на штаны шулера. Тонкая струйка сорвалась вниз прямо в гульфик, воняя отвратительной сивухой, расплылась и расползлась замысловатым подтёком.
— Дрянь какая…Кукурузный самогон. Да ещё в такой посудине. Русские, которых ты считаешь варварами, переливают его в «lafitnik» и не пьют с утра….
Не в моих правилах оставлять долги неоплаченными. Мы в расчёте…
Не провожай меня, не надо…И подумай, конкурентам из «Ежедневного курьера» и дружкам из Бдительных будет интересно узнать про твои карточные художества… Да, вот адресок гробовщика…Может тебе пригодиться.
* * *
Следующим утром Стрелок шёл на встречу со своим осведомителем в трущобную окраину. Прямая улица закривилась, сошёл на нет булыжник, появились ямы, мутно-серые лужи с прокисшими помоями. Из окон торчали шесты со всяческим тряпьем, которое сушили китайцы. Смердели под гнилыми заборами, а то и рядом с дверьми, помойки с немыслимыми тухлыми объедками…Кули с длинной косой жарил на каких-то щепках тут же пойманную крысу.
От зашарпанных стен отклеивались пропитые оборванцы с намерением поближе познакомиться с простаком, заявившимся в чужой квартал. Увидев дружелюбный оскал Стрелка и его руку в кармане, сжимавшую явно не бонбоньерку с конфетами, бурча ругательства, спешили раствориться в ближайшей подворотне.
Кто-то шёл за Стрелком и этот Кто-то знал этот район города лучше. Стрелок несколько раз пытался оторваться от преследователя, ныряя в проходные дворы и сворачивая в соседние переулки, заходил в пивнушки и выходил через чёрный ход. Пару раз он даже мельком видел его, но стоило направиться к нему или попытаться сделать петлю как он исчезал…
Внезапно проулок сделал крутой поворот и вышел на заросший громадными кустами полыни пустырь с покосившимся и выгнутым будто в судороге, забором. Здесь Стрелок ещё не был. Он стоял у стены, осматриваясь.
За досками что-то завозилось, сухо клацнули взводимые курки. Стрелок не стал ждать, бросился на заваленную обломками дранки и кусками штукатурки землю и откатился в сторону к бочке, стоящей на углу дома под водосточной трубой. Звонко хлопнул выстрел. С того места со стены, где за мгновение до этого была его голова, полетели крошки кирпича, больно ударив по спине.






