ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

«Раз, два — Теремок! Мышь, закройся на замок!» Для Паши и его новых друзей детская считалочка обернулась кошмаром наяву. В глухом посёлке, где прошлое дышит из-под земли, а настоящее окрашено в оттенки тоски, они стали героями чужой, жестокой сказки. ... Теперь им предстоит не просто выжить. Им нужно разгадать правила этой игры, где у каждого есть своя роль, а цена ошибки — жизнь. Глубокий, атмосферный мистический триллер о цене дружбы, силе первой любви и монстрах, которых мы носим в себе. Теремок Ярослав Разумовский «Раз, два — Теремок! Мышь, закройся на замок!» Для Паши и его новых друзей детская считалочка обернулась кошмаром наяву. В глухом посёлке, где прошлое дышит из-под земли, а настоящее окрашено в оттенки тоски, они стали героями чужой, жестокой сказки. Теперь им предстоит не просто выжить. Им нужно разгадать правила этой игры, где у каждого есть своя роль, а цена ошибки — жизнь. Глубокий, атмосферный мистический триллер о цене дружбы, силе первой любви и монстрах, которых мы носим в себе. Глава 1. Раз, два Теремок Глава 1. Раз, два Теремок – Тучи собираются, – мелькнуло в голове, пока я натягивал любимое худи. В дверь постучали с той настойчивостью, что не терпит отказа. – Открывай, Капюшон! – раздался голос брата, натянуто-бодрый, но пропитанный утренней сонной хрипотцой. – «Капюшон»? – усмехнулся я про себя. – Мне уже пятнадцать, а он всё цепляется за эту детскую кличку. На пороге стоял усатый силуэт в очках, нагруженный тремя огромными пакетами. Пакеты оттягива

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Одна – чёрная, из грубой кожи, в форме волчьего черепа с длинной, заострённой мордой. Вторая – белая, с длинными острыми ушами зайца. Обе – без нижних челюстей, с пустыми, глубокими глазницами. Они смотрели на нас. Ждали.

Между ними, как центр композиции, в стол был воткнут нож. Кинжал. Искривлённый, словно выточенный из волчьего клыка. Он пронзал фотографию. Ту самую, с раскопок. Где я стою рядом с Виктором на фоне провала пещеры. Его лицо на снимке было проткнуто лезвием.

Выбор стоял передо мной, кристально ясный.

Пойти в полицию? С этими карточками, вырезками, бредовой сказкой? Нас высмеют. А за это время он сделает с Евой то, для чего вёл её туда.

Или…

Я поднял взгляд на Тишу. Она уже смотрела на меня. В её глазах не было страха. Только пустота, выжженная смертью Серого, и на дне – холодный огонь мести. Она молча расстёгнула серую куртку, достала из внутреннего кармана складной нож Серого. Щёлкнула. Лезвие блеснуло. Она не сказала ни слова. Просто показала его. Этого было достаточно.

В её взгляде я прочёл то же, что кипело во мне. Закон здесь закончился. Он умер вместе с Гришей, захлебнулся с Серым. Остались только мы. Расколотые, избитые. И он. Медведь.

Я протянул руку и выдернул кинжал из стола. Фотография бесшумно порвалась. Вес клинка был идеальным. Он лёг в ладонь как продолжение руки.

– Закон не спасёт стаю, – тихо сказал я. Это был диагноз. – Её спасет Волк.

Тиша кивнула, один резкий кивок. Она подошла, взяла белую маску. Примерила. Из-под пустых глазниц её взгляд стал чужим, звериным.

Я натянул чёрную волчью маску. Кожа была холодной. Мир сузился до двух щелей. Но внутри что-то щёлкнуло. Встало на место. Затихший внутренний монолог сменился простыми инстинктами:ИДИ. ВЫСЛЕДИ. УБЕЙ.

Мы были больше не Пашей и Тишей. Мы были тенью и клыком. Осколками разгромленной стаи. Он хотел Волка? Он его получит.

Мы вышли из его дома, не закрывая дверь. Два силуэта в чудовищных личинах, с оружием в руках. Мы шагнули с порога психолога в ночь, чтобы закончить его сказку. На наших правилах.

И в моей голове, отчётливо и ясно, звучал теперь только один голос. Звериный.

Глава 6. Медведь добычу брать пришел

Глава 6. Медведь добычу брать пришел

К тому времени, как мы добрались до раскопок, небо разорвалось метелью. Белый, слепящий ад закрутил мир в мясорубку из снега и ветра. Мы шли через оголённый лесок не как люди – мы пробивались сквозь снежную пелену как два теневых хищника, чьи мысли свелись к примитивным импульсам:искать, найти, убить.

Пещера возникла перед нами внезапно, будто вырастала из самой метели. Тот самый чёрный провал в белой пелене. Вход уже затягивало снежным саваном. Я сжал в руке рукоять кинжала-клыка, и холод металла слился с холодом крови. Вошёл первым.

Внутри царила иная тишина – глухая, поглощающая.