Она хотела одного — забыть последние полгода своей жизни, и уж в особенности последние дни. Вчера, расставаясь с довольной Татьяной, девушка договорилась, что они будут держать друг друга в курсе дел. За весь день та не позвонила, и вот сейчас…
Не очень кстати — они с матерью сидели на кухне и смотрели маленький телевизор, допивая свой традиционный вечерний чай. Когда мобильный телефон завибрировал в кармане пижамы (Маша уже приняла душ и переоделась ко сну), девушка вздрогнула. И от звонка, и от пристального материнского взгляда. С тех пор как в ее лексиконе появилось слово «следователь», мать буквально глаз с нее не спускала. О вчерашнем инциденте она не знала ничего, и это было только к лучшему. Иначе, впав в панику, мать запросто могла проболтаться отцу, поделиться своими переживаниями. Ну а уж во что мог впасть тот…
— Да?
Это была не Татьяна. Юный голое попросил Машу, и девушка подтвердила, что это действительно она.
— Вы меня, наверное, не помните, — сказал голос. — Я — Светлана, мы с вами неделю назад случайно встретились в подземном переходе. У метро. Мы с мамой еще несли кота. Вы нас остановили, и мы обменялись телефонами. Вы сказали, что у вас тоже тайская кошка, и…
— Да-да! — с облегчением вздохнула Маша. — Помню, конечно! Но понимаешь. Света, у моей кошки сейчас… Ну, не тот период, скажем. Гульба закончилась.
Вязать уже поздно, и потом, у меня сейчас такая запарка на работе…
Мать, уяснив, что разговор не имеет отношения к слову «следователь», покинула кухню. Напоследок она сделала предостерегающий жест: «Ни-ни!» Она была категорически против того, чтобы у Вассы появились котята — мало ей хлопот?! Муж и без того замечает каждую пылинку, а когда по квартире начнут ползать котята… Можно себе представить! Маша только кивнула ей вслед.
— Я не по поводу вязки, — сдавленно произнесла девочка. Ее голос звучал как-то странно, сопровождаясь дробным, еле различимым стуком. — Я хотела узнать — можно у вас переночевать?
Маша лишилась дара речи, но лишь на пару мгновений. Потом она вновь его обрела, поняв, что подросток, которого она видела-то пару минут и случайно обменялась с ним телефонами, просит ее о ночлеге. И снова у нее мелькнула мысль о неблагополучной семье, и снова она ее отмена. Женщина была слишком хорошо одета.
Девочка — ухоженная. Живут в центре. Но вот ее глаза, взгляд…
— У тебя что-то случилось? — сдержанно спросила она, попутно прикидывая, как бы одновременно и помочь девочке, и сбагрить ее с рук. Живи она одна — Маша, наверное, приняла бы непрошеную гостью на ночь. Все-таки девчонка еще совсем молодая, и ночной город для нее не место. Но что можно было сделать сейчас? Дома мать, но та бы тоже ребенка не выгнала.






