Не могу никак придумать, Не могу понять, постигнуть, 85 Как мне жизнь придется кончить, Что со мною раньше будет: Или с голоду погибну, Иль в воде здесь утону я». Отвечал орел небесный: 90 «Ты нисколько не печалься! На спине моей усядься, У хвоста, у самой кости, Унесу тебя из моря, Унесу куда захочешь. 95 Хорошо тот день я помню, Помню доброе то время: Жег у Калевы ты рощу, Дерева сжигал у Осмо, Пощадил тогда березу, 100 Стройный ствол ее оставил, Чтобы птицы отдыхали, Чтоб я сам на ней садился». Тут-то старый Вяйнямёйнен По волнам поплыл поспешно; 105 Из воды он смело вышел, Богатырь из волн поднялся, На крыло к орлу уселся, У хвоста, у самой кости. Вот несет орел небесный 110 Вяйнямёйнена седого, Он несет его по ветру, По пути ветров весенних, К дальним севера границам, К той суровой Сариоле; 115 Вяйнямёйнена спускает, Сам шумит уже по ветру. И заплакал Вяйнямёйнен, Плачет, жалобно горюет На краю морей широких, 120 Там на мысе незнакомом. На боку сто ран имел он, Ветра тысячу ударов, Борода поистрепалась, Волосы висят клоками. 125 Две и три проплакал ночи, Дней проплакал ровно столько ж. Но не мог найти дороги, Хоть какой-нибудь тропинки, Чтоб на родину вернуться, 130 На родимую сторонку, В ту страну, где он родился, Где он прежде жил спокойно. Как-то Похъёлы служанка, Белокура, невеличка, 135 Об заклад побилась с солнцем, Чтобы с месяцем и солнцем Просыпаться, вместе с ними; Поднялась гораздо раньше, 140 Раньше месяца и солнца; Петухи еще не пели И цыплята не кричали. Пять овец она остригла, Шесть ягнят остригла лучших: 145 Соткала сукна из шерсти, Шерсти выбрала на платье Перед утренним рассветом, Раньше, чем поднялось солнце. Вот столы она помыла, 150 Пол дощатый подметает Чистым веником ветвистым, Многолистною метлою, Сор на медную лопатку В кучу быстро собирает 155 И выносит сор наружу, Из дверей выносит к пашне, К краю пахотного поля, За плетень бросает в угол; И стоит там возле сора, 160 Слышит что-то, обернулась: Слышит, с моря плач несется И от берега стенанье. В дом к себе она уходит, Быстро в горницу проходит 165 И, когда вошла, сказала, Слово молвила такое: «Я слыхала плач на море И от берега стенанье». Лоухи, Похъёлы хозяйка, 170 Редкозубая старуха, Тотчас из дому выходит, Подошла к калитке быстро, Плач услышала далекий, Говорит слова такие: 175 «Так нигде не плачут дети, Так и женщины не стонут, Плачут так одни герои, Бородатые мужчины». Вот столкнула в воду лодку 180 Трехдощатую на волны И сама гребет поспешно, С быстротой туда стремится, Где был старый Вяйнямёйнен, Богатырь, который плакал. 185 Горько плачет Вяйнямёйнен, И скорбит Увантолайнен, В ивняке плохом он плачет Посреди густой крушины, Борода и рот трясутся, 190 Но уста его закрыты.

Об этой истории
В окружении бескрайних лесов, холодных рек и острых скал лежит страна Калевала. Мудрец Вяйнямёйнен усыпляет врагов, играя на кантеле из щучьих костей. Кузнец Ильмаринен кует волшебную мельницу Сампо – источник благополучия и изобилия. Безрассудный охотник Лемминкяйнен совершает подвиги, чтобы добиться возлюбленной. А в туманной Похъеле обитает могущественная старуха Лоухи, укравшая луну и солнце. В формате PDF A4 сохранен издательский макет. Калевала Элиас Лённрот В окружении бескрайних лесов, холодных рек и острых скал лежит страна Калевала. Мудрец Вяйнямёйнен усыпляет врагов, играя на кантеле из щучьих костей. Кузнец Ильмаринен кует волшебную мельницу Сампо – источник благополучия и изобилия. Безрассудный охотник Лемминкяйнен совершает подвиги, чтобы добиться возлюбленной. А в туманной Похъеле обитает могущественная старуха Лоухи, укравшая луну и солнце. В формате PDF A4 сохранен издательский макет. Фольклор, будучи «кладезем народной мудрости», может многое поведать нам об... Фольклор, будучи «кладезем народной мудрости», может многое поведать нам об истории народа, его языковых и культурных корнях. Как без прочтения «Старшей Эдды» невозможно глубинное понимание скандинавского фольклора, так же невозможно понимание карело-финской культуры без прочтения главного ее эпоса – «Калевалы». Собранная из пятидесяти рунических песен (также именуемых «рунами») финским фольклористом Элиасом Лённротом (1802–1884), «Калевала» представляет собою масштабный эпос о сотворении мира, рожден





