ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Василина Коваль — врач, которая умеет зашивать раны, но собственную жизнь разрушила до основания. Муж-прокурор превратил брак в тюрьму: избиения, унижения, потеря ребёнка и надежды. Когда он отправляе... Грешник Елена Рахманина Василина Коваль — врач, которая умеет зашивать раны, но собственную жизнь разрушила до основания. Муж-прокурор превратил брак в тюрьму: избиения, унижения, потеря ребёнка и надежды. Когда он отправляе... Пролог Исправительная колония строгого режима, Владимирская область Провожу влажными руками по белому халату. На первый взгляд, окружающая обстановка такая простая. Обыденная. Если бы не решётки на окнах. Я врач. Смешно сказать – детский врач. Но теперь моё место здесь – за решёткой. Правда, не за своей. – Василина Витальевна, добрый день. – Молодой парнишка-конвоир заглядывает в медицинский блок, отрывая меня от изучения списка препаратов, которыми располагает эта больница в миниатюре. – Добрый день. – Выжимаю из себя улыбку. Я здесь второй день. Волнение от пребывания на новом месте работы так меня и не покинуло. Чувствую себя ребёнком, принудительно отправленным родителем в детский лагерь. Мне хочется сбежать отсюда так же сильно, как и заключённым, осужденным на пожизненное. Впрочем, не факт, что их жизнь протекает в этом месте хуже, чем моя за пределами этих стен. – Тут это… – Парень чешет затылок, явно пребывая не в своей тарелке от моего присутствия. До меня здесь работал мужчина средних лет, скончавшийся на рабочем месте от обширного инфаркта.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Как в день назначения на должность.

– Сегодня в ходе совместной операции ФСБ и Следственного комитета с поличным при получении взятки в особо крупном размере был задержан прокурор Владимирской области Матвей Коваль. По предварительным данным, сумма взятки исчисляется десятками миллионов рублей. В данный момент в рабочем кабинете и загородном особняке задержанного проходят обыски. Возбуждено уголовное дело…

Комментатор говорил что-то дальше. Но я слышала лишь звон в ушах, словно оказавшись в эпицентре ядерного взрыва. Не ощущая ног, осела на край банкетки.

Свобода казалась такой близкой, что её буквально можно было ухватить за хвост.

Я с какой-то странной надеждой взглянула окно. Снегопад прекратился. Потихоньку начиналась оттепель. Весна.

Как новая страница в моей жизни.

Я поднялась, преисполненная воодушевлением. Мне хотелось спуститься на первый этаж и во весь голос заявить, что всё закончилось. Что я могу наконец вернуться домой.

Я смогу спокойно спать, не ожидая, что в любой момент меня начнут истязать.

Всё моё естество захватило ощущение эйфории.

Прикрыв веки, я тут же, с калейдоскопической быстротой, представила, как возвращаюсь на работу. Больница, запах антисептиков, белые халаты, интересные клинические случаи. Моя жизнь. Настоящая, полноценная. Мечты закрутили меня в безумном хороводе, даря надежду.

Оказавшись на первом этаже, я, ведомая этим импульсом, уверенно направилась в гостиную, откуда доносились голоса.

Ожидала увидеть там Анну и Якуба. Возможно, Тамерлана.

Я вошла, готовая поделиться своей радостью.

Но обнаружила там всё семейство в сборе.

Зейд стоял у камина, опершись рукой о мраморную полку. При моем появлении он медленно повернул голову.

Сердце в груди замерло.

Мой удивлённый, неверящий взгляд вцепился в него, впитывая его облик. Он казался бледным. Смертельно измотанным. Под глазами залегли глубокие тени, свидетельствующие о хроническом недосыпе и запредельном уровне стресса. И при всём при этом он был невыносимо прекрасным.

– Зейд, – я буквально выдохнула его имя, направляясь к нему в потребности поделиться своей радостью. – Хорошо, что ты здесь. Я видела программу новостей – Матвея задержали. Я… я могу вернуться домой. Я хочу домой.

Глава 44

На мгновение та стена, за которой он прятал эмоции, треснула. И я разглядела в его глазах нечто похожее на разочарование. Горькое, как неприятное лекарство. Но через секунду забрало было поднято, и он стал куда больше похож на идеальное мраморное изваяние, чем на живого человека.

Потёр переносицу, словно его мучила головная боль. И я тут же ощутила себя бездушной сукой, которую ничего не волнует, кроме собственной персоны.

Он исчез на неделю, решал какие-то проблемы, а я даже не спросила, как он. Не поинтересовалась, где был.