ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

На грани Росс Томас Росс Томас На грани ГЛАВА 1 В три часа дня они вызвали Бута Столлингса, эксперта по терроризму, в библиотеку семиэтажного здания фонда, расположенного к востоку от Дюпон-серкл на Массачусетс-авеню, и уволили его за стаканом довольно хорошего испанского шерри. Это были мартовские иды, выпавшие на субботу в 1986 году, ровно через два месяца после шестидесятилетия Бута Столлингса. Увольнение было произведено без каких-либо сомнений, которые Столлингс мог заметить по Дугласу Хаусу, тридцатипятилетнему исполнительному директору фонда. Хаус сделал это, конечно, вежливо, без тени раздражительности и примерно с таким же сожалением, с которым он мог бы позвонить в отдел распространения газеты «Вашингтон Пост» и попросить приостановить доставку на дом. Это был пятидесятилетний председатель фонда Фрэнк Томгай, который проводил формальный массаж эго, сохраняя извиняющийся, даже почтительный вид, в одном из своих костюмов-тройок за 1100 долларов. Томгай продолжал говорить о жестких бюджетных ограничениях, а затем обратился к качеству работы Бута Столлингса, которое, как он клялся, было блестящим. Нет вопросов. Абсолютно, совершенно блестяще. Массаж Томгая закончился, Дуглас Хаус заговорил о деньгах. Вместо уведомления будет выплачиваться выходное пособие за три месяца, и фонд сохранит медицинскую страховку Столлингса в силе в течение шести месяцев. О пенсии речи не шло, потому что эксперт по терроризму проработал в фонде всего восемнадцать месяцев, хотя это на три меся

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

И я направлялся на праздничный обед с Джоанной в «Мэйфлауэр», а ты посмотрел сквозь меня.

Критс прикоснулся пальцем к правому глазу. «Это было до того, как я нашел чудодейственное средство от тщеславия. Контакты. А теперь, если ты уже устал меня трахать, давай поедим.

— Твой друг собирается присоединиться к нам?

Крайтс взглянул через плечо в ту сторону, куда ушла высокая женщина, а затем посмотрел на Столлингса со слабой улыбкой: «Она не совсем друг».

— Тогда давай поедим, — сказал Бут Столлингс.

Они предоставили Гарри Крайтесу выбор банкета в северо-восточном углу почти пустого зала Монтпилиера. Сначала они со Столлингсом выпили: «Крайтс» — «Перье» с биттером, «Столлингс» — водку со льдом. Они оба заказали салат, телятину и двойную порцию первой в сезоне зеленой фасоли, которую, как клялся официант, собрали только этим утром в округе Лаудон, штат Вирджиния, хотя Столлингс подозревал, что это было накануне недалеко от Окснарда. , Калифорния. После этого Гарри Крайтс заказал вино, что потребовало серьёзного пятиминутного совещания с сомелье.

Как только вино было заказано, Гарри Крайтс откинулся на спинку кресла, отхлебнул напиток и осмотрел Столлингса так, как будто он все еще был чем-то прекрасным, несмотря на сомнительное происхождение.

Столлингс ответил на его взгляд, слегка разочарованный тем, что Криты так постарели. Посередине было лишь немного жира, хотя хорошо скроенный жилет хорошо его скрывал. На круглом лице еще не вырос еще один подбородок. Цвет лица тоже был хорошим, разорванных вен было мало, а выражение лица по-прежнему варьировалось от радостного до самого радостного.

Конечно, было несколько новых строк, но, видимо, не от беспокойства. Волосы остались светло-каштановыми, на пару оттенков светлее, и того, что осталось, было как раз достаточно. Не хватало только молодости. Он сбежал вместе со своими друзьями-близнецами, спонтанностью и беспечностью. Остался осторожный, если не совсем осторожный мужчина средних лет, явно преуспевающий, все еще планирующий разбогатеть.

— Итак, они выкинули тебя, — сказал Гарри Крайтс, не задавая вопроса.

"Сделали ли они?"

Криты пожали плечами. «Это Вашингтон, Бут. Как ты думаешь, где ты будешь зажигать?»

"Без понятия."

«Заинтересованы в одном кадре?»

"Почему я?"

«Ты единственный источник».

«Это означает, что я могу брать большую плату».

«Чертовски много».

— Хорошо, — сказал Столлингс. «Сначала я ем; тогда я слушаю».

Вслед за телятиной, которая оказалась особенно вкусной, Столлингс и Крайтс заказали большую кружку кофе, отказались от десерта и наложили вето на коньяк, рекомендованный официантом. Сделав два глотка кофе, Бут Столлингс поставил чашку и улыбнулся Крайту.