Это имело значение в пространстве между людьми, и это имело значение в этих бессолнечных и пустых пространствах внутри каждого из нас. Это имело значение. И это было чертовски больно.
Левая нога, правая нога. Хоп-раз, хоп-два. Соберись и прорывайся вперед...
Почему он не написал это письмо? Почему он причинил боль этой бедной женщине? Почему?
Трипвайр внезапно наклонился и вырвал в кусты, измученный, беспомощно застонав, когда его желудок свело спазмом. Его ноги горели, боль была почти невыносимой. Его горло и язык, казалось, были покрыты шерстяным войлоком. Он не знал, сколько еще он сможет продержаться. Он знал, что если поскользнется на снегу, то, скорее всего, останется там, где упал, и не встанет, уставившись на несколько звезд, видневшихся сквозь голые ветви деревьев, хрипло дыша, пока его дыхание не остановилось совсем.
Ответ зажег сигнальную ракету и поднял ее над головой. Зонтик красноватого света распространился, освещая окаймляющие ели. Скрытые формы съежились от света. Что-то с паучьими конечностями, которым не было числа, и плотью, которая блестела, как мокрая рыбья чешуя, проскользнуло через подлесок слева от него. Справа от него другое существо неуклонно следовало за ними: сегментированное и цилиндрическое, с туловищем окружностью винной бочки, бледное и жирное, как сало. Огромная личинка. За этими двумя были другие, звук, запах и всплеск которых были безошибочными.
Но они не напали. Они
хотели
; Ответ был уверен в этом. Но что-то помешало им сделать это.
Двадцать лет назад Ответ вошел в хижину Зеленых Беретов на следующий день после того, как A-303 "Блэкджек" был расформирован. На пике в центре хижины была разлагающаяся голова пумы. Рядом с ней, на другой пике, была голова вьетнамского мальчика. Лицо мальчика было сильно обожжено, и мухи летали у его рта и носа. Вдали во мраке разлеглись в гамаках смутные фигуры. Звенящая племенная музыка доносилась из магнитофона, окруженного черными свечами.
Ответ ушел вместе с ними следующей ночью. Низкий туман спускался с гор, и где-то в темноте играла музыка. Это был хаотичный, диссонирующий звук, без ритма, формы или прогрессии. Это была музыка джунглей, и Ответ вскоре понял, что она существует только в его голове.
Через некоторое время он оторвался от Зеленых. Он отправился в путь самостоятельно, прокладывая свой собственный путь. Иногда он ходил босиком, чтобы почувствовать мягкую почву под ногами. Он зашел достаточно глубоко в землю и достаточно глубоко в себя, чтобы полностью исчезнуть из виду.
В таком одиночестве, в изоляции от человечества, пришло осознание: не было сторон, которые можно было бы принять, не было глубоких идеалов, за которые стоило бы бороться.
Не было добра. Не было зла.
Был только Хаос. Элементарная Истина Хаоса.






