Позади них и вокруг них раздавался звук топающих конечностей, хруст инопланетных суставов и сопение ищущих морд...
Далеко на западе, казалось, на расстоянии плевка, был холм, на который их сбросили. За ним виднелось пурпурное небо, которое вертолет "Лабрадор" вскоре рассечет своими двойными лопастями.
Они были так близко.
Так чертовски близко.
- И разве не правда, - раздался позади них отталкивающе знакомый голос, - что все, что приходит, неизбежно уходит?
Антон Грозевуар сгорбился на земле. Его колени были расставлены, а руки висели между ними, пальцы касались снега. С его короткими руками и толстыми ногами он выглядел как лягушка-бык, свернувшаяся для прыжка. На нем был ванильный костюм, который оставался таким же чистым и немятым, как в день их первой встречи.
Внутри Одди скрутило от ярости, и на мгновение очертания его мира, каждая плоскость и контур, были вытравлены холодными черными и красными цветами. Он сжал пальцы здоровой руки в кулак так сильно, что ногти оставили кровавые полумесяцы на его ладонях.
- И как
эффектно
вы прошли, - продолжил Грозевуар. - Мой тихий маленький заповедник выглядит как бойня в час окончания работы!
- Прицел и Зиппо мертвы, - сказал Одди.
- Я знаю, - Одди мог бы с таким же успехом сказать ему, какое сейчас время суток, учитывая все проявленные им эмоции. - Чертовски хорошая вещь, кстати. Какой смысл содержать монстров, которые не зарабатывают себе на жизнь?
Пальцы Трипвайра сжались на рукоятке "Ламы".
- Сделка есть сделка. Мы ее, блядь, выполнили. Ты должен отвезти нас домой.
- Вы закончили? - пальцы Грозевуара чертили странные узоры на снегу. - Насколько я могу судить, вы добрались ровно до этого невезучего парня, - oн указал на парку Эдвардса. - Вершина холма - ваша финишная черта, и до нее еще далеко. И... - он кивнул в сторону леса, где шум массирующихся тел достиг апогея, - ...там довольно много... тварей... которые предпочли бы, чтобы вы остались.
Одди знал, что у них нет ни сил, ни боеприпасов, чтобы выдержать еще одну атаку.
- Это место забрало двух моих людей, - сказал он. - Двух моих друзей. И мы сильно ранены. Но если мы повернемся и встретимся лицом к лицу с тем, что поджидает в этих лесах, я обещаю тебе, что мы убьем многих из них, - oн размахивал "Уэбли" с большей убежденностью, чем он действительно чувствовал. - Так почему бы нам не назвать всю эту чертовщину "ничьей"?
Деформированные фигуры кружились в воздухе над головами мужчин. На мгновение Трипвайр принял это зрелище за особенно ужасную фазу северного сияния, пока воздух не сгустился, достигнув расколотого постоянства, и стая лиц не выплыла с неба.






