Панельные стены девятиэтажек, намокнув, уродливо почернели, обретя еще большее сходство с казематами, где ютились, страдали, исходили кровью человеческие души. Глазницы этих узилищ незрячим взором глядели в мир, в пелену дождя, в серую беспросветность туч, отражали внезапное полыхание молний, которые лишь на мгновение освещали мрачный, тусклый, в одночасье утративший краски мир.
Читать дальше
Конец ознакомительного отрывка
Купить книгу
Я вышел из-под козырька и медленно побрел вдоль дома. Футболка моя под проливными струями намокла в одно мгновение, тело, привыкшее к жаре, стал бить озноб. Я не обращал на это внимания, находя в дискомфорте, в малом страдании некое очищение. Снова сверкнула молния, тот час утвердившись громовыми раскатами, и я поднял глаза к небу, откуда изошел небесный огонь.
Там, на неописуемой высоте, в заоблачных далях, вдали от земной суеты и людского коварства, могло быть спасение, опора для души, вечно страждущей, неприкаянной души, которая разрывается нечистыми желаниями, чувством долга, стремлением к гармонии. Там могли быть справедливость, восторг, вечная беззаботность — то, чего не нашел я на грешной земле, среди безразличия, грязи и отчаяния. И я хотел уже, чтобы тело мое страдало, било ознобом ещё больше. Для этого я и шел под дождем, никуда не торопясь, поливаемый небесными потоками. Я уже почти ненавидел свою плоть, презирал земные проблемы, отвергал земной удел. Как глупо и мерзко было все, что я делал последние несколько дней — и в то же время необходимо, чтобы уразуметь всю мимолетность земных потуг.
Сомнения в этот вечер еще донимали меня. Они зарождались где-то в темных закутках души, всплывали на поверхность, как морские чудища из глубин океанских вод, и будоражили совесть. Я не подавлял их, а просто не обращал на них внимания, и они ныряли обратно, не найдя поживы, в темный зев бездны.
К ночи я почувствовал голод. В доме еды не было ни крошки, и я отправился в супермаркет, купил там хлеба, масла и сыра. Придя домой, я соорудил бутерброд и съел его. За первым последовал второй, после чего я разделся и улегся в постель.
Уснул я на удивление быстро. Мне снилось совсем не то, что занимало воображение последние часы. Я был сотрудником спецслужб в чине полковника, который выполняет ответственное задание. Дом в элитном районе столицы, известный бизнесмен, застывший без движения в кожаном кресле.






