— Послушайте, что происходит, в конце концов? — с напором спросил я, как только он вошел. — У меня похитили сына… вы что, не понимаете?
Читать дальше
Конец ознакомительного отрывка
Купить книгу
— Как не понимаю, прекрасно понимаю. Да не волнуйтесь вы так! Мы все сделаем, что нужно, будем искать… и найдем! Заявление-то напишите, оставьте ваши телефоны, и можете идти. Кстати, если он будет еще звонить, то постарайтесь выяснить побольше посторонних факторов… какие-нибудь шумы, может, шум идущего поезда, самолета, автострада… в общем, вы поняли — чтобы можно было определить хотя бы примерное место, откуда звонят. И, конечно, сразу же сообщите нам.
Со стоном облегчения он уселся за стол, налил из графина в стакан воды и предложил мне. Я отказался, хотя в горле у меня пересохло.
— Жарко сегодня, — словно оправдываясь, обронил следователь и жадно, крупными глотками, двигая кадыком, словно поршнем, выпил полстакана.
— Я завтра вам позвоню, — глухо произнес я. Двигаясь медленно, как в прострации, я поднялся, подсел к столу, и написал под диктовку заявление. Я не мог так быстро решить, как реагировать на то, что услышал за дверью. Зло взглянув на следователя и едва выдавив из себя слова прощания, я вышел из кабинета.
Домой я ехал невнимательно, и пару разу чуть не устроил ДТП. Мужик с тройным подбородком, сидевший за рулем нового «Мицубиси», выпучив в неподдельном гневе глаза, наорал на меня матом. Другой, на видавшем виды «Форде», показал средний палец, перед этим долго, словно глухому, посигналив. Я никому ничего не ответил. Бессилие настолько овладело мною, что, чувствуя себя больше не в состоянии вести машину, я свернул в ближайший переулок и остановился возле вагончика, в котором продавали источавших соблазнительный запах копченых кур. Просидев минут десять, безрезультатно пытаясь собраться с мыслями, я завёл машину и поехал дальше.
Добравшись, наконец, домой, я с остервенением снял брюки и рубашку (но не бросил их, а все же сложил), облачился в домашние шорты и умылся. Как только я вышел из ванной, раздался телефонный звонок. Я вздрогнул — мне подумалось, что звонит тот, злой демон, и он уже знает о моей вылазке в полицию, хотя меня предупреждали не ездить. Я тотчас упрекнул себя в малодушии, но чувство бессилия не покинуло меня. С дрожью в руке, упав в кресло, я взял трубку, хорошо слыша, как сердце набирает обороты.
Это была жена.
— Ну, как ты? — буднично спросила она.
— Нормально.
Я не знал — говорить ей или нет. Если говорить — то как бы сделать это помягче. Я представил, какая у нее может быть истерика. Тут я вспомнил, что меня предупреждали поменьше болтать язиком.
— Как Руслан?
— Ничего, нормально.
«Говорить или нет?»
— Ты с работы уже пришел? Такая жара сегодня, не ходи больше, отдохни.






