ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

В окружении бескрайних лесов, холодных рек и острых скал лежит страна Калевала. Мудрец Вяйнямёйнен усыпляет врагов, играя на кантеле из щучьих костей. Кузнец Ильмаринен кует волшебную мельницу Сампо – источник благополучия и изобилия. Безрассудный охотник Лемминкяйнен совершает подвиги, чтобы добиться возлюбленной. А в туманной Похъеле обитает могущественная старуха Лоухи, укравшая луну и солнце. В формате PDF A4 сохранен издательский макет. Калевала Элиас Лённрот В окружении бескрайних лесов, холодных рек и острых скал лежит страна Калевала. Мудрец Вяйнямёйнен усыпляет врагов, играя на кантеле из щучьих костей. Кузнец Ильмаринен кует волшебную мельницу Сампо – источник благополучия и изобилия. Безрассудный охотник Лемминкяйнен совершает подвиги, чтобы добиться возлюбленной. А в туманной Похъеле обитает могущественная старуха Лоухи, укравшая луну и солнце. В формате PDF A4 сохранен издательский макет. Фольклор, будучи «кладезем народной мудрости», может многое поведать нам об... Фольклор, будучи «кладезем народной мудрости», может многое поведать нам об истории народа, его языковых и культурных корнях. Как без прочтения «Старшей Эдды» невозможно глубинное понимание скандинавского фольклора, так же невозможно понимание карело-финской культуры без прочтения главного ее эпоса – «Калевалы». Собранная из пятидесяти рунических песен (также именуемых «рунами») финским фольклористом Элиасом Лённротом (1802–1884), «Калевала» представляет собою масштабный эпос о сотворении мира, рожден

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

– Он отправляется искать человека, который знает способ заговаривать кровь, и находит старика, который обещает остановить кровотечение (205–282)

Мрачной Похъёлы красотка, Красота земли и моря, На дуге сидит воздушной, На изгибе круглом неба, 5 В платье чистое одета, В одеянье белой ткани; Ткет одежду золотую, Серебром всю украшает, Золотой челнок проводит 10 По серебряному берду. И челнок, жужжа, стремится, Быстро бегает катушка, Быстро движется основа И серебряное бердо 15 При тканье прекрасной девы, Серебром прилежно ткавшей. Старый, верный Вяйнямёйнен Шумно едет по дороге Из той Похъёлы туманной, 20 Из суровой Сариолы. Недалеко он отъехал, Он промчался лишь немного, Слышит: вот челнок по берду Зажужжал над головою. 25 Старец голову приподнял И взглянул тогда на небо: Вот стоит дуга на небе, На дуге сидит девица, Ткет одежду золотую, 30 Серебром всю украшает. Старый, верный Вяйнямёйнен Останавливает лошадь, Говорит слова такие И такие молвит речи: 35 «Ты сойди, девица, в сани, Ты садись со мною рядом». И ответ дала девица, Так сказала и спросила: «Что же я на этих санках, 40 Что, девица, буду делать?» Старый, верный Вяйнямёйнен Так на это отвечает: «Ты затем сойди, девица, Ты затем садись на сани, 45 Чтобы с медом печь мне хлебы. Будешь пиво мне готовить, На скамье споешь приятно, У окна ты развлечешься, В крае Вяйнёлы, на поле, 50 По подворьям Калевалы». Но девица отвечает, Говорит слова такие: «Я пошла на луг цветистый, На желтеющее поле 55 Вечерком вчера пошла я, Как уж солнце закатилось. Вдруг я слышу пенье птички. Слышу – дрозд поет на ветке, И поет девичьи думы, 60 Размышления невесты. Я сказала доброй птичке, У нее я так спросила: «Ты скажи мне, милый дроздик, Спой, чтоб было мне понятно, 65 Как на свете жить приятней, Как прожить на свете лучше: У отца ли жить девицей Или с мужем жить женою?» Отвечает так синица, 70 Дрозд на ветке так щебечет: «Летом дни теплы и ясны, Но теплее жить девице; Холодно зимой железо, Холодней жене живется; 75 Дома девушка на воле — Точно ягодка на поле, А жена при муже – точно На цепи сидит собака. Редко раб увидит ласку, 80 Но жена совсем не видит». Старый, верный Вяйнямёйнен Говорит слова такие: «То пустое птичье пенье, И дрозда напевы глупы: 85 Вечно девушка – ребенок, Только жен лишь уважают. Ты сойди, девица, в сани, Ты садись со мною рядом; Я ведь – муж незаурядный, 90 Богатырь, других не хуже!» Молвит девушка разумно, Говорит слова такие: «Я тебя сочту героем И тогда признаю мужем, 95 Если ты разрежешь волос, Но чтоб нож без острия был, Если ты яйцо завяжешь — Но чтоб узел не был виден». Старый, верный Вяйнямёйнен 100 Волос тотчас разрезает, Но ножом ненавостренным, Лезвия совсем лишенным; Завязал яйцо он в узел, И тот узел не был виден. 105 Просит сесть девицу в сани, Просит он занять сиденье.