Признания человека, который чувствовал, что его цель на этой Земле - вести других к смерти.
- Тссс, - говорила Вера. - Теперь все в порядке.
[153]
Хе́лен А́дамс Ке́ллер (англ. Helen Adams Keller; 1880 - 1968) - американская писательница, лектор и политическая активистка. В возрасте девятнадцати месяцев Келлер перенесла заболевание (предположительно, скарлатину; педиатр при осмотре классифицировал расстройство как "воспаление мозга"), в результате которого полностью лишилась слуха и зрения. По достижении Хелен семи лет родители решились подыскать для дочери учителя. Директор школы Перкинса для слепых прислал им молодую специалистку Энн Салливан. Салливан сумела найти подход к девочке, что стало существенным прорывом в специальной педагогике. Получив среднее образование в нескольких школах, Келлер поступила в Колледж Рэдклифф, где получила степень бакалавра. В дальнейшем она жила со своей неизменной спутницей Салливан вплоть до смерти последней. В годы обучения Хелен стала поддерживать социализм и в 1905 году вступила в Социалистическую партию. Келлер написала больше десятка книг, рассказывающих о её опыте. Келлер стала заметным филантропом и активистом. Она поддерживала фонды обучения и социализации инвалидов, выступала против расизма, милитаризма и дискриминации женщин, была активным деятелем Американского союза защиты гражданских свобод.
Однажды, когда стало совсем плохо, она поцеловала меня в лоб, а потом еще раз в щеку. В этом жесте не было ничего сексуального: просто один человек утешал другого человека самым существенным образом, который он знал. И это большой мир, понимаете? Большой, ебанутый мир. Но именно такие поступки - самые краткие и инстинктивные проявления доброты и тепла - каким-то образом делают его немного меньше, немного безопаснее и немного красивее.
Они отпустили меня в канун Рождества, думая, что должно быть место, где я бы предпочел провести праздники. Рождество я провел в автобусе "Грейхаунд", проезжая через Саскачеван. Рождественский ужин состоял из горячего сэндвича с гамбургером на стоянке грузовиков за пределами Реджайны. День подарков застал меня в Питтсбурге, стоящим перед тем же почтовым ящиком, где месяц и целую жизнь назад я получил письмо, которое привело все в движение.
Я вставил свой запасной ключ и открыл ящик. Мое сердце замерло.
Еще одно письмо.
Капитан фрегата спускается с мостика, чтобы сесть со мной. Он старше, возможно, ему шестьдесят, его акцент невозможно определить. Некая печаль выражается в морщинах вокруг глаз и в форме его рта. Мы достигли негласного соглашения: наше прошлое принадлежит нам. В руках он несет серебряную флягу и две маленькие чашки. Он ставит чашки на палубу между своих раздвинутых ног и наливает в них до краев. Он протягивает одну мне.






